10.11.17
Патент для самозанятых

Дмитрий Медведев поручил первому вице-премьеру Игорю Шувалову проработать идею предоставить самозанятым легальный статус в обмен на патент с минимальной стоимостью 10 тысяч рублей в год. В эфире «Общественного телевидения России» ее обсудили с Павлом Кудюкиным. По мнению члена Совета КТР, ключевая проблема в такого рода инициативах – россияне не понимают, что за легализацию они получат взамен от государства.

Константин Чуриков: Дмитрий Медведев поручил первому вице-премьеру Игорю Шувалову проработать предложения Бориса Титова, уполномоченного по защите прав бизнесменов. Омбудсмен предложил предоставить самозанятым легальный статус в обмен на патент с минимальной стоимостью 10 тысяч рублей в год. 10 тысяч рублей в год заплатил – все, к тебе нет вопросов, работаешь легально. Но согласятся ли с этим индивидуальные предприниматели, те, кто сегодня работает сам на себя? Это вопрос. По реальной оценке, у нас в стране таких 20 миллионов. А патенты оформили всего 595 человек, даже не тысяча. То есть, предыдущие попытки легализовать самозанятых не увенчались успехом.

Сейчас будем об этом беседовать. А здесь, рядом с нами, Павел Кудюкин – член Совета Конфедерации труда России. Павел Михайлович, здравствуйте.

Павел Кудюкин: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Знаете, это немножко напоминает «Сказку о рыбаке и рыбке»: «И в третий раз закинул он невод…»

Павел Кудюкин:
«И вытащил невод с травою морскою».

Константин Чуриков: Да. В этот раз, если просто 10 тысяч рублей, и никаких вопросов к тебе нет, работай, не надо никакой отчетности от тебя, тебя никто не трогает, согласятся люди?

Павел Кудюкин: Ну, смотрите. Вопрос: что они получат взамен? Потому что если мы хотим, чтобы люди что-то платили государству, мы ждем, что либо они хотят что-то получить взамен, либо чего-то боятся – вот кто-то их поймает и накажет за то, что они работают, ну, нелегально, условно говоря. Хотя, в общем-то, они чаще всего занимаются не запрещенной деятельностью, но действительно получается, что налоговое законодательство нарушают – доход получают и им не делятся. Ну, не делятся, получается, не столько с государством, а сколько, в общем-то, со всеми другими гражданами, потому что есть некоторые общие нужды, которые трудно финансировать иначе, как из налогов, иных каких-то поступлений.

И вот тут давайте смотреть. Человек работает. Это очень разнообразные могут быть работы. Самозанятые – это очень широкий спектр…

Марина Калинина: А вот давайте, кстати, поговорим о направлениях самозанятых людей. В каких отраслях в основном? Давайте начнем с этого.

Павел Кудюкин: Очень разные. Скажем, сфера услуг. Человек в своем или съемном гараже ремонтирует автомобили…

Константин Чуриков: Классика.

Павел Кудюкин: …поддержанные какие-нибудь, которые в официальные сервисы, в общем-то, и особенно не потащат. Не знаю, шьет на дому, обувь ремонтирует. Репетиторские услуги оказывает. Тетушка, которая осенью урожай яблок таскает к ближайшей платформе железной дороги и там продает, – она тоже, получается, самозанятая.

Марина Калинина: А зимой варенье продает из яблок.

Павел Кудюкин: Да, а зимой варенье, какие-то соленья и так далее. И тоже самозанятые. При этом разброс по доходам может быть, конечно, очень большой. Ну, как правило, это то, что можно назвать «мельчайший бизнес», «бизнес выживания».

Марина Калинина: Нанобизнес.

Павел Кудюкин: Да, действительно, нанобизнес. Это очень точное будет определение. То есть это либо приработок какой-то к пенсии, например, к основной зарплате, которой очень часто, увы, у нас не хватает на нормальную жизнь, приходится как-то ее пополнять. А иногда это основной доход. Да, это может быть просто действительно работа на своем приусадебном участке. Причем это может быть такое даже, ну, мелкотоварное, конечно, но объемное производство и специализированное.

Марина Калинина: Павел Михайлович, вот смотрите. Ведь эти люди работают на себя, они не платят государству налогу. Но, с другой стороны, они и у государства ничего не просят.

Павел Кудюкин: Ну, как вам сказать? Вот тут как раз очень интересный момент. Все-таки худо-бедно у нас пока что большая часть…

Марина Калинина: Про медицину сейчас скажете.

Павел Кудюкин: …по крайней мере общего образования за общественный счет предоставляется. Мы можем ругаться по поводу его качества, доступности, но пока, и будем надеяться, что долго еще оно будет финансироваться обществом. Здравоохранение – да, тоже проблема, что у нас стремительно распухает вот та часть здравоохранения, где нужно официально или неофициально платить либо приплачивать. Но, в общем, какая-то часть все равно, по крайней мере официальная, остается бесплатной.

И здесь возникает то, что в экономической теории называется по-английски очень красиво free-rider problem, а на русский обычно переводят «проблема безбилетника». Вот есть некое благо, которое предоставляется всем, но предполагается, что люди в ответ должны что-то давать – ну, чаще всего в виде налога или страховых отчислений.

Константин Чуриков: Мы еще молчим, а этому гаражнику государство в реальности какие-то блага цивилизации предоставляет или нет? Это тоже еще вопрос.

Павел Кудюкин: Понимаете, вот опять… Ну хорошо. Понимаете, можно рассчитывать на сознательность. Кстати, есть страны… Скажем, Скандинавия. Вот все удивляются: «Как так? Они платят такие высокие налоги и, в общем, дисциплинированно». Большая часть платит вполне дисциплинированно, потому что они четко знают, что они получают от государства взамен.

Марина Калинина: Но у них есть четкие гарантии.

Павел Кудюкин: Да.

Марина Калинина: И они могут на них рассчитывать, на государственный возврат.

Павел Кудюкин: Именно так. Нет, там тоже есть стремящиеся уклонисты. Ну, они везде есть.

Марина Калинина:
С другой стороны, смотрите, ведь эти люди, которые работают на себя… Хорошо, я согласна с вами, что они, как зайцы на трамвае ездят, в плане образования и медицины, возможно. Но они же свои деньги платят в магазинах за товары. Понимаете? Они же платят НДС и так далее, и так далее.

Павел Кудюкин: Нет, это – да. В этом смысле они кое-что государству отдают, и не так мало.

Марина Калинина: Акцизы и прочее.

Павел Кудюкин: Да, все верно. То есть говорить, что они вообще ничего не дают, просто неверно и несправедливо.

Второй момент. Опять-таки, а чем мы можем их привлечь? Можно сказать: «Вот вы платите официально, а государство вам потом будет платить пенсию». Но, увы, знаете, с пенсией-то все как-то тоже непонятнее и непонятнее. То ли возраст выхода на пенсию, то ли…

Константин Чуриков:
То ли будет платить государство, то ли не будет.

Павел Кудюкин: И сколько будет.

Марина Калинина: Вы знаете, мне кажется, с пенсией все понятнее и понятнее – она будет все меньше и меньше, а потом вообще исчезнет.

Павел Кудюкин: Да, и все менее и менее гарантированно. К сожалению, это так. А это могло бы быть основным стимулом. Действительно, человек понимает: «Я ничего не плачу – пенсия мне положена мизерная-мизерная, так называемая социальная, которой, в общем, и на хлеб не хватит».

Марина Калинина: «Но я откладываю куда-то».

Павел Кудюкин: «А вот официализируюсь и что-то буду платить – у меня будет пенсия». Но не верят в это. И не верят не без оснований, поскольку у нас настолько нестабильная пенсионная система, что мы действительно… Вот человек работает, и он не знает, когда у него… во-первых, когда у него наступит возраст выхода на пенсию.

Марина Калинина: То есть даже это.

Павел Кудюкин: «Рассчитываю на 60 лет. А потом глядишь – пока до 60 живу, там уже будет 65». И как она будет начисляться? И как она будет платиться? Стимул, увы, не работает.

Нет мест в так называемом формальном секторе, то есть на средних и крупных предприятиях, в государственных и муниципальных учреждениях. Нужно крутиться самим. Но тоже проблема быстро не решаемая. Да, конечно, нужно, в общем-то, стремиться к тому, чтобы были нормальные современные рабочие места. Пять лет назад нам обещали 25 миллионов современных высокооплачиваемых рабочих мест. Как-то не появились они.

Более того – идет постоянный процесс вымывания рабочих мест как раз в том самом формальном секторе экономики, и все бо́льшая часть людей уходит в сектор неформальный. И это не только самозанятые, а это и работающие по найму, но опять-таки предприниматель не регистрирован, в Пенсионный фонд они взносы не платят, зарплату получают налом и так далее.

Но очень большая часть – это самозанятые, действительно. Вот работает сам на себя, иногда по каким-то более или менее постоянным подрядам. Это неплохо, когда есть такая стабильность. «У меня есть постоянный заказчик, которому я свою продукцию сдаю». Иногда это просто такой абсолютно свободный и непредсказуемый рынок: сегодня купили, завтра не купили, сегодня пришел заказчик, завтра – нет.

Константин Чуриков: А что бы вы посоветовали людям сомневающимся, которые сегодня работают на себя? Вот если, предположим, инициатива пройдет, обретет какие-то формы закона, то стоит или не стоит в это играть? Потому что сегодня патент стоит 10 тысяч. А вот есть гарантия, что завтра он не будет стоить больше? А все твои уже адреса, пароли, явки записаны.

Павел Кудюкин: Вот я как раз хотел об этом сказать. У нас еще тоже проблема неверия в стабильность обещаний государства.

Марина Калинина: То, что про пенсии и так далее.

Павел Кудюкин: Нам сегодня скажут: «Вот 10 тысяч – и свободен, и спокоен». А человек почешет затылок и скажет: «Что-то я много такого наблюдал. Так, в этом году 10 тысяч. А в следующем году скажут: "Нет, ты зарегистрируйся как индивидуальный предприниматель и плати 6% с валового дохода. Да еще сверх 300 тысяч год – 1% отдавай в Пенсионный фонд". Нет, лучше я воздержусь».

Вот это тоже очень болезненная проблема. Поскольку у государства нет стабильности в его политике во многих сферах, в том числе и в этой сфере взаимоотношений с этим неформальным сектором, с самозанятыми, люди не верят в то, что их не обманут в очередной раз.

Константин Чуриков: Смотрите, у нас часто бывают в стране такие попытки где-то очагово создать какую-то территорию какого-то опережающего развития. Много людей в стране, их десятки миллионов. Они хотят находиться в этой территории опережающего развития, они хотят сами быть частью этого опережающего развития. Им только дай. Им надо всего ничего: чтобы их не трогали, чтобы им дали какие-то налоговые послабления, и все. И вот с точки зрения, кстати, не знаю, такой экономической теории, это могло бы какой-то придать импульс вообще экономике?

Павел Кудюкин: В принципе – да. Кстати, это тоже один из возможных стимулов для того, чтобы у людей появился интерес регистрироваться. Действительно, ты зарегистрируешься – ты получаешь право, скажем, на получение кредита, субсидируемого государством.

Константин Чуриков: Льготного.

Павел Кудюкин: Да, льготного. Возможно, даже с каким-то продленным сроком возврата, чтобы ты успел на ноги встать. Тогда – да. Вот если такое появится, люди опят почешут затылки и скажут: «Ага, вот пока я не зарегистрировался, я только могу в эту самую ростовщическую контору микрокредитования обратиться под совершенно безумные проценты. А тут у меня появится возможность получить нормальный кредит под разумный процент с достаточно длинным сроком погашения». И тут будет, конечно, мощный стимул.

Константин Чуриков: Я тут вижу одну эсэмэску от Владимира Березовского, такой зритель у нас. И я понимаю, что те, кто вообще задумываются об этой легализации, об этой операции, они как-то не видят людей. Вот нам пишут: «Я мастер-одиночка, самозанятый, в области штучного товара, который готовится только по заказам. Стабильного дохода нет – то отличный, то маленький. Регистрироваться не буду. Не люблю сидящих на шее нахлебников-налоговиков. Могу расширить производство эксклюзивных предметов, но в России это неотвратимое самоубийство».

Понимаете, все же так отличается от бизнеса к бизнесу. Нельзя всех под одну гребенку.

Павел Кудюкин: Естественно, все очень по-разному. Опять-таки значительная часть вот этого «нанобизнеса» – у них доходы-то годовые действительно нестабильные.

Марина Калинина: А у некоторых и сезонные просто.

Павел Кудюкин: Да, у многих сезонные. И эти 10 тысяч будут означать гигантскую пробоину в семейном бюджете.

Тут действительно может быть и такое соображение: «Заплатил за патент – и живу спокойно». Как была в свое время такая социальная реклама по поводу налогов.

Но тут проблема в том, что тут мы вступаем уже в несколько иную… Мы говорили про возможные позитивные стимулы, что бы могло привлечь людей, чтобы они покупали этот патент и что-то платили государству. А теперь мы перейдем к негативным стимулам. Ну, страх, что поймают и накажут. Вообще, знаете, когда 20 миллионов… И мы не знаем точно на самом деле. Плюс-минус к этому сколько-то рассеянных по стране.

Константин Чуриков: Это предположительно.

Павел Кудюкин: Это действительно просто сфера нашей жизни, которую мы довольно плохо представляем. Да, есть некоторые исследования неплохие. Вот было исследование где-то года полтора назад по так называемой «гаражной экономике». Надо сказать, что не только самозанятые, а это, в общем, где-то и уже довольно приближающиеся к среднему очень часто производства с наемными работниками. А вот по поводу действительно этих мельчайших и мелких самозанятых – мы очень приблизительно представляем действительно, какие у них реальные доходы, чем они реально занимаются, насколько регулярно занимаются. И это исследовать, кстати, тоже трудно. Ну, вы представьте – вы пришли к человеку, а он думает: «Так, а зачем мне эти вопросы задают?»

Константин Чуриков: «К чему вы клоните?»

Павел Кудюкин:
Да. «А не для того ли, чтобы прищучить, заставить платить?» И опять мы не получаем информации вообще, человек говорит: «Да не буду я с вами разговаривать. Я что, обязан? Нет, не обязан».

Марина Калинина: Давайте напоследок из Омской области одно сообщение прочту, как мнение: «Считаю, что государство имеет право брать налоги только с тех, кому предоставило работу, чтобы у него был стимул создавать рабочие места». Мне кажется, здраво.

Павел Кудюкин: Понимаете, не совсем. Все-таки в современной экономике рабочие места создает не только государство. И пока мы живем в капиталистическом обществе, все-таки значительная часть рабочих мест будет создаваться и создается частным бизнесом. Другой вопрос, что… Опять-таки я говорю, что у нас в среднем и крупном производстве количество рабочих мест уменьшается, уменьшается и уменьшается.

Марина Калинина: Понятно.

Константин Чуриков: Итак, Правительство поручило Игорю Шувалову проработать вопрос о введении патента для самозанятых стоимостью в 10 тысяч.

Марина Калинина: Посмотрим, как будет развиваться эта ситуация.

Константин Чуриков:
Да, посмотрим, что будет дальше с этим платежным поручением. Спасибо. У нас в студии был Павел Кудюкин, член Совета Конфедерации труда России. Всего несколько минут – и программа «ОТРажение» к вам вернется.

Марина Калинина: Спасибо, Павел Михайлович.

Константин Чуриков: Спасибо.

Частичная расшифровка видео «Общественного телевидения России»

Твитнуть Поделиться на Facebook Поделиться ВКонтакте